Можно ли полностью восстановить природу после загрязнения или вырубки леса

Введение

Цели устойчивого развития (ЦУР), закрепленные в Повестке дня в области устойчивого развития на период до 2030 года, включают сохранение экосистем суши (ЦУР 15), сохранение морских экосистем (ЦУР 14), обеспечение устойчивого развития городов и населенных пунктов (ЦУР 11), борьбу с изменением климата (ЦУР 13), поддержание хорошего здоровья и благополучия населения (ЦУР 3), обеспечение чистой воды и санитарии (ЦУР 6), распространение недорогостоящей и чистой энергии (ЦУР 7), а также ответственное потребление и производство (ЦУР 12). Достижение этих целей требует предотвращения вреда окружающей среде, а случае его причинения — максимально возможного восполнения. В этой связи возникает вопрос о возможности и пределах такого восполнения.

Ответ на данный вопрос требует обращения к категории «экологические потери», которая, несмотря на отсутствие легального закрепления в российском законодательстве, активно используется в судебной практике.

1. Понятие «экологические потери» и его эволюция в доктрине

В действующем российском законодательстве термин «экологические потери» отсутствует, что создает определенные сложности как для юридической техники, так и для правоприменения. Основы учения об экологических потерях были заложены В. В. Петровым, который выделял три вида утрат в природной среде:

• восполнимые (например, восстановление плодородного слоя почвы);
• относительно восполнимые или трудновосполнимые (длительное восстановление природных объектов, например воспроизводство лесной растительности);
• невосполнимые (исчезновение редких растений и животных, уничтожение памятников природы)

В последующем В. В. Петров пересмотрел данную классификацию, исключив из понятия экологических потерь восполнимый вред, поскольку такая часть вреда не утрачивается безвозвратно[2]. К экологическим потерям в узком смысле были отнесены только невосполнимые и трудновосполнимые утраты. В. В. Петров связывал экологические потери с денежной оценкой экологического вреда, утверждая, что оценить экологический вред в деньгах — значит не только определить затраты на восстановление природной среды, но и вычислить экологические потери, которые невосполнимы или трудновосполнимы[3].

Е. В. Лунева предлагает различать узкое и широкое понимание экологических потерь. В узком значении, используемом в доктрине и судебной практике, экологические потери связываются исключительно с неправомерными действиями по причинению или возможному причинению вреда окружающей среде. В широком эколого-правовом смысле экологические потери определяются как безвозвратные или длительно восстанавливаемые утраты отдельных компонентов природной среды, природных и природно-антропогенных объектов, а также нарушение прямых и обратных связей между элементами экологической системы, появляющиеся в результате как неправомерных, так и правомерных действий природопользователей или событий природного происхождения[4].

2. Классификация экологических потерь: абсолютные и относительные

В зависимости от характера утрат природно-ресурсного потенциала экологические потери подразделяются на абсолютные и относительные.

Абсолютные экологические потери представляют собой безвозвратную полную утрату природного объекта, природного ресурса либо нарушенных связей в экологической системе. К ним относятся эксплуатация невозобновимых природных ресурсов (добыча полезных ископаемых), уничтожение редких и исчезающих видов живых организмов. В таких случаях природный объект или ресурс не может быть воссоздан человеком ни в какой форме, даже при неограниченных временных и материальных затратах. С точки зрения целей устойчивого развития (ЦУР 15 — сохранение экосистем суши, ЦУР 14 — сохранение морских экосистем) абсолютные экологические потери представляют собой наиболее серьезную угрозу, поскольку они необратимы и ведут к невосполнимой утрате биологического разнообразия.

Относительные экологические потери — это утраты, требующие длительного восстановления. Примером является гибель флоры и фауны в луговых степях, где срок восстановления степной растительности составляет приблизительно пятьдесят лет, а также повреждение лесных насаждений, восстановление которых может занимать более ста лет. Ключевая особенность относительных потерь заключается в том, что даже по истечении длительного периода восстановления экологическая система не возвращается в первоначальное состояние: нарушенные связи трансформируются, изменяется круговорот веществ и энергии, формируется новая экосистема с иными характеристиками устойчивости и биоразнообразия. Таким образом, в обоих случаях имеет место невосстановимость исходного состояния, однако различаются степень и временной масштаб изменений.

3. Критерий возобновимости природных ресурсов как основание для квалификации экологических потерь

Юридическая квалификация утрат экологической системы в качестве экологических потерь должна осуществляться на основании классификации природных ресурсов в зависимости от их возобновимости. Экологические потери возникают в трех случаях: при использовании невозобновимых природных ресурсов; при длительном восстановлении возобновимых природных ресурсов (когда темпы их расходования превышают скорость восстановления); при истощении возобновимых природных ресурсов, выражающемся в действиях, приводящих к гибели видов, изменению или уничтожению генетического фонда[5].

Сама по себе утрата возобновимых природных ресурсов без их истощения не является экологическими потерями. Однако как только темпы расходования превышают скорость восстановления, возобновимые ресурсы фактически переходят в разряд невозобновимых, что и порождает экологические потери. Данный вывод имеет прямое отношение к ЦУР 12 (ответственное потребление и производство) и ЦУР 7 (недорогостоящая и чистая энергия), так как рациональное использование ресурсов предполагает удержание темпов их потребления в пределах ассимиляционной емкости природы, что позволяет избежать перехода возобновимых ресурсов в категорию фактически невозобновимых.

Неистощительное природопользование в пределах ассимиляционной емкости природы не порождает экологических потерь. Деградационное природопользование, напротив, связано с их возникновением. Рациональное природопользование, сопряженное с эксплуатацией невозобновимых природных ресурсов, основывается на минимизации экологических потерь (максимально полное извлечение, ресурсосбережение, снижение потерь при переработке).

4. Пределы восполнимости вреда окружающей среде

Вернемся к центральному вопросу статьи — возможности восполнения вреда, причиненного окружающей среде, в полном объеме.

Экологический вред состоит из двух частей. Первая включает возмещение восполнимых негативных изменений, которое может быть осуществлено как в денежной форме, так и в натуре (рекультивация земель, посадка лесных насаждений). Вторая часть представляет собой компенсацию экологических потерь — невосполнимых или трудновосполнимых утрат. Восполнимая часть вреда не является экологическими потерями, поскольку она не утрачивается безвозвратно. Однако даже в случае относительных экологических потерь, допускающих восстановление природного ресурса в течение длительного времени, речь идет не о полном восполнении утраченного состояния, а о формировании измененной экосистемы.

Таким образом, полное восстановление окружающей среды в смысле возвращения к состоянию, существовавшему до правонарушения, невозможно в принципе, если правонарушение повлекло за собой экологические потери. Восстановлению подлежит лишь восполнимая часть вреда, тогда как экологические потери могут быть компенсированы исключительно в денежной форме. При этом денежная компенсация носит не восстановительный, а превентивный и карательный характер, поскольку утраченное качество природной среды и нарушенные экологические связи не могут быть воссозданы человеком. С точки зрения ЦУР 3 (хорошее здоровье и благополучие) и ЦУР 6 (чистая вода и санитария) это означает, что деградация экосистем, приводящая к экологическим потерям, наносит ущерб, который не может быть в полной мере компенсирован последующим поколениям, что ставит под вопрос межпоколенческую справедливость — один из базовых принципов устойчивого развития.

5. Длительность проявления последствий как юридически значимый критерий

Конституционный суд (КС) в определении от 09.02.2016 № 225‑О[6] указал, что при определении полного экологического вреда учету подлежат не только затраты на восстановление нарушенной природной среды, но и экологические потери, которые в силу своих особенностей невосполнимы и (или) трудновосполнимы, в том числе по причине отдаленности во времени последствий правонарушения. Следовательно, КС признает отдаленность последствий самостоятельным основанием для квалификации утрат в качестве экологических потерь. Данный вывод согласуется с ЦУР 13 (борьба с изменением климата) и ЦУР 15 (сохранение экосистем суши), поскольку многие последствия изменения климата и деградации экосистем также характеризуются отдаленностью эффекта, что требует применения превентивных, а не восстановительных мер.

6. Судебная практика о компенсационном характере возмещения экологических потерь

Судебная практика исходит из того, что экологические потери подлежат возмещению сверх затрат на восстановительные работы. В определении Высшего Арбитражного Суда РФ от 12.04.2012 № ВАС-3764/12 по делу № А75-1454/2010 впервые было воспроизведено положение В. В. Петрова о необходимости учета экологических потерь при определении экологического вреда в денежной форме.

Пленум Верховного суда (ВС) в постановлении от 30.11.2017 № 49 разъяснил, что при частичной возможности восстановления оставшаяся часть вреда возмещается в денежной форме (п. 17). Однако, в литературе справедливо отмечается, что «эффективность и достаточность рекультивационных работ, а также наличие трудновосполнимых или невосполнимых экологических потерь могут быть оценены только после завершения рекультивации». При этом «определение наличия невосполнимых или трудновосполнимых экологических потерь, их стоимости и доли в общем объеме причиненного вреда относится к сфере специальных познаний и может быть возложено на экспертов». А.В. Винницкий и М.С. Соловьев констатируют, что «проведенный анализ судебной практики рассмотрения споров о возмещении вреда окружающей среде в целом демонстрирует ярко выраженный уклон в пользу истцов-государственных органов», а категория экологических потерь «зачастую применяется механически, без реальной оценки того, имеются ли такие потери в действительности»[7].

Заключение

Экологические потери в узком значении — это безвозвратные или длительно восстанавливаемые утраты компонентов природной среды, возникающие в результате неправомерных действий. Полное восстановление окружающей среды в исходном состоянии невозможно, если правонарушение повлекло экологические потери; компенсация возможна лишь в денежной форме, которая носит превентивный, а не восстановительный характер.

Вместе с тем, как убедительно показали А.В. Винницкий и М.С. Соловьев, правовая конструкция экологических потерь порождает серьезные проблемы. Отсутствие легального определения и нормативных критериев приводит к формированию не основанной на законе презумпции наличия таких потерь[8]. Бремя доказывания их отсутствия необоснованно возлагается на ответчика, что может приводить к нарушению принципов справедливости и соразмерности ответственности.

[1] Петров В. В. Экология и право. М. : Юрид. лит., 1981. С. 147 – 148.

[2] Петров В. В. Экологическое право России : учебник для вузов. М. : Бек, 1995. С. 336.

[3] Петров В. В. Там же. С. 336.

[4] Лунева Е.В. Категория «экологические потери» в эколого-правовой действительности и ее значение для обеспечения рационального природопользования // Lex russica. 2019. № 12. С. 47.

[5] Лунева Е.В. Указ. соч. С. 52.

[6] Определение Конституционного Суда РФ от 9 февраля 2016 г. N 225-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью "Монолит и К" на нарушение конституционных прав и свобод пунктом 3 статьи 77 и пунктом 1 статьи 78 Федерального закона "Об охране окружающей среды"

[7] А.В. Винницкий, М.С. Соловьев. Проблема определения и возмещения трудновосполнимых экологических потерь в контексте недопустимости возложения двойной ответственности // Российское право: образование, практика, наука. 2023. № 6. С. 78.

[8] А.В. Винницкий, М.С. Соловьев. Указ. соч. С. 78